— Боюсь, мисс Вульф, мне нечего добавить к сказанному. А вы считаете, что этой информации вам будет недостаточно?

Ну, что есть, то и есть. В конце концов это не тот случай, когда есть причины ощущать свою вину. Хотя мисс Патрик и перестала быть прекрасным Умирающим лебедем Сен-Санса, она все еще оставалась старой птицей, желающей знать, где обретается ее едва оперившийся птенчик. И кто, кроме меня, сделает это лучше полиции? Кстати, это был мой последний вопрос.

— Почему вы обратились к частному сыску, а не к полиции?

— Как-то я слышала по радио, что в Британии ежегодно пропадают двадцать пять тысяч человек. Ну вот и подумала, что, хотя Кэролайн слишком долго не дает о себе знать, ни один полисмен не станет придавать особого значения тревогам старухи.

Она была права.

— Хорошо, мисс Патрик, буду рада помочь, если, конечно, вы хотите моей помощи. Должна пояснить, мой гонорар составляет семьдесят пять фунтов в день, включая расходы. Не могу сказать, как долго продлится расследование, но дней через пять-шесть я обязательно предоставлю вам отчет, дабы вы оценили, насколько я продвинулась в этом деле.

Начиная карьеру частного сыщика, я не раз отрабатывала перед зеркалом разговор с клиентами о деньгах. Казалось, так грубо обсуждать денежные проблемы с человеком, который потерял близкого или чем-то сильно встревожен и напуган. Но практика показала, что подобные разговоры нередко отвлекают человека от мучительной боли. Мисс Патрик кивнула, затем встала и прошла к старому дубовому буфету, стоявшему возле окна. И что удивительно: сколько бы лет ни прошло со времен ее молодости, было приятно наблюдать, как она двигается.